Я люблю читать, то есть я испытываю невероятное удовольствие, когда в моих руках новая книга, ее страницы вкусно пахнут, и их хочется съесть. Но так было не всегда. Помню, после первого класса словосочетание «чтение книги» ассоциировалось у меня с рабством. На каникулах я садилась и читала список на лето, и это было невыносимо. Хуже прочего давались сказки Пушкина. Великого Александра Сергеевича, которого в июле я ненавидела всем сердцем. Я читала «Дубровского» в 6 классе, лежа на полу, и словно отбывала срок. В 10 класса в салоне Анны Павловны Шерер мне хотелось застрелиться прямо на глазах у Балконского. Другое дело, Джоан Роулинг, Александр Романович Беляев, журнал «Мы»: если бы все они не появились в моей читательской судьбе, я никогда бы не узнала простую истину: читать надо то, что нравится. И однажды подтянутся хорошие книги.

Любопытное слово, кстати, «книга», согласитесь? На древнегреческом — «библио», на латыни — «либер», на английском — «book» , на латышском — «grāmata», на французском — «livre». И «lire des livres», как говорится. Слово многозначное, но даже если не принимать в расчет все толкования, смысл так или иначе связан с ученостью, мудростью, с мудрой информацией и распространением сведений среди себе подобных, других человеков, то есть с распространением знаний и, по возможности, образов.

В русской письменности слово «книги» встречается впервые в Остромировом Евангелии, самом раннем из датированных рукописных памятников, и употребляется во множественном числе, что как раз позволяет давать ему широкое толкование —  знание вообще. Ученым мужам представляется, что не позже 863 года в языках славян и прибалтов уже имелся древнейший термин «книга». То есть не манускрипт, хартия, грамота, а именно книга, что от *кнети — знать. Иными словами, изначально в нас заложена убедительная мысль: книга для тех, кто хочет что-то узнать. Что ж, дерзайте.

Книга прошла невероятно большой исторический путь, но остается сегодня чудеснейшим из достижений человека. В каких бы формах сегодня она ни существовала, она есть памятник человеческому уму, одаренности и духовности.

С пятого класса дети записывают в тетрадь по литературе определение для ЕГЭ: литература — искусство слова. То есть для создания своего мира литература использует образы, сделанные не из нот и цвета, например, а из букв. Имея одни и те же буквы в арсенале, не все писатели художественных книг хороши.

Что есть «хорошая книга»? В качестве критериев отбора мы назвали бы содержание, мастерство автора и, пожалуй, актуальность. Хорошее содержание — это весомое, добротное, глубинное и философское размышление о смысле жизни, о праведности, о любви, о героизме, о памяти, о смерти, о правде. Это книги, определяющие нас как нацию, обладающую кодом, традициями. Мастерство хорошей книги — это klassikós, образцовый стиль слога. На кого здесь стоит посмотреть? Вот вам, пожалуйста, Тэти Хемингуэй — классик литературы, Лев Николаевич Толстой — классик, Александр Иванович Куприн — классик, Мураками — жив, а уже классик. Что они творят со словом? Вы как будто попадаете на церемонию чествования языка, даже переводного:

Ветер за стенами бесился как старый озябший дьявол. Куприн

Звук ветра утопал в березовых просторах, не оставляя ни свиста, ни шороха. Мураками

Какова красота? И вы — венец этой красоты, потому что вы это поняли, уловили, почуяли, как если бы уловили тонкий вкус блюда, тонкую ноту аромата или изысканную мелодию.

Актуальность книги спорна. «Домострой», книга датируемая 16 веком, для нас сегодня исторический документ. Будущее Брэдбери, который в прошлом, — сегодня актуален. Нереальность «Кыси» Толстой — сегодня реальна.

Тогда давайте предположим, что хорошая книга та, которую всё-таки читают. Ибо по статистике 41% людей 17+ что-то читает. И это многообещающе, если учесть, что подавляющее большинство из нас заставляют читать в школе.

Из списка литературы процентов 80% — книги об убийствах и смерти: на дуэлях, от топора, от болезни, на войне, по причине утопления, пожара, кражи… Убивает друг своего друга, а ведь когда-то сошлись как лед и пламень, убивает отец сына, убивает хозяин свою собаку. И это никогда не закончится, потому что в школьном тексте смерть — спутник высокого гуманистического смысла самого произведения.

А читать-то все-таки надо, как-то исхитряясь, лавируя, сохраняя оптимизм, что ли. И сегодня мы даже говорим о книжном буме. Карманные книги, покетбуки, есть у всех, у кого есть стеллаж из Икеи. О книгах создаются паблики в соцсетях, молодые и не очень люди собираются на читки, собираются в читательских клубах. Я знаю пять книжных клубов города, два из которых организовываю. Вывод таков: есть что-то модное, нужное современному человеку в том, чтобы держать книгу в руках. Возможно, наш мозг отторгает культуру видео-жизни, как бы чувствует ее искусственность, и сознание само собой подбрасывает идею «открой книгу». В любом случае, сегодня продается классика, книги по психологии, сентиментальная проза, сентиментальная проза для подростков, сентиментальная проза Рината Валиуллина, продается Толстая, Петрановская, Рубина, Улицкая, Яхина. В мужском полку: Мураками, Фредрик Бакман, Джордж Мартин, Стивен Кинг, Дмитрий Глуховский, Евгений Водолазкин, Виктор Пелевин… А это ведь только проза. И даже не проза Карелии. Значит, можно назвать десятки имен замечательных людей, которые пишут хорошие книги, которые читают здравомыслящие из 41 процента.

Как же не запутаться и выбрать что-то интересное? Мои семь лайфхаков, на самом деле, — это всего лишь наблюдения, которые научно не обоснованы ни капли, но они помогут не разочароваться в покупке:

Первый: Книга, изданная в одном формате у одного издания в единственном две тысячи каком-то году, — это скорее всего текст на любителя, крепкого такого любителя. Эта книга приехала в магазин одна, и после того, как вы ее купите, ее никогда более не привезут.

Второй: Обратите внимание на заголовок. Чем слов в заголовке больше, тем яснее, что хотели скрыть содержание.

«Счастливые люди читают книжки и пьют кофе» — очень много слов, и книга мне не понравилась.

«Клуб любителей книг и пирогов из картофельных очистков» — вызывает опасение.

Третий: Обратите внимание на мини-отзывы, которые обычно печатают на книге. Если автор — журналист еженедельной газеты или именитый писатель, или друг, разница в объективности есть.

Четвертый: Обратите внимание на качество страниц и печати. Иногда на плохом содержании не экономят.

Пятый: Прочитайте начало произведения. Оно точно поможет определить авторский слог, и вы поймете, ваша книга или нет.

Шестой: Если после книги вышел хороший фильм, то это хорошо. А если после фильма книга — то увы, увы.

Седьмой: Потрудитесь поискать цитаты из этой книги. Обычно в цитатник попадают исключительные предложения, окрыленные мудростью и глубиной. Если таких публичных предложений много, наверняка вся книга хороша.

Если моих ориентиров окажется мало, то вот последние пять:

Сати Спивакова. «Нескучная классика»

Татьяна Толстая. Сборник рассказов «Река Оккервиль»

Р. Дж. Паласио. «Чудо»

Сергей Довлатов. Рассказы

Наринэ Абгарян. «Дальше жить»

И пусть книги, которые вы открыли, приносят только удовольствие.

Оставьте комментарий первым.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *