Литературный блог в авторской обёртке

Слова, которые я пишу, становятся домом, в котором я живу.

—Хафиз Ширази, персидский поэт

Невероятная классика

Эти слова из книги Сати Спиваковой я проговаривала много-много раз: какая-то совершенная цитата, морская, обладающая мелодикой. Она Чеховская и Бунинская. Даже возможно, Булгаковская. Помните? «Тогда луна начинает неистовствовать, она обрушивает потоки света прямо на Ивана, она разбрызгивает свет во все стороны, в комнате начинается лунное наводнение, свет качается,  поднимается выше, затопляет постель. Вот тогда и спит Иван...

После недели

Кто это маячит там впереди? Такой несимпатичный. Даже какой-то горбатый. Это предвторник, поствоскресенье, первонедельник. Угрюм-день. Чумной. Он первый, и сам страдает. Слово «понедельник» дословно как «после недели». Кстати, «воскресенье» раньше принимали за «неделю». Скука! Что после недели может случиться хорошего, окромя биоритмов, запрыгнувших друг на друга? В такие понедельники обычно ничего толкового не выходит: так, глина,...

Вуди Рифкин и Аллен Морт*

«Не знаю, кем меня считают. Странным экземпляром, наверное» В. Аллен Аллан Стюарт Конизсберг родился в первый день зимы в настолько далеком и нью-йоркском тридцать пятом, что тридцать пятый этого века кажется ближе. Человек в круглых очках, автор «интеллектуального кино», бурлескной трагедии, фотофильма, автор кинослова, киномузыки, кинокадра. Прямо скажем, особенный кинорежиссер, писатель, интеллигент. Его юбилейная история...

Ветошка

Давайте начнем с того хотя бы, что мы слова не выбираем, а ПОДбираем. (Некоторые, правда, с определенным усилием подбирают, потому что им до слов обычно и дела-то нет.) Слова были даны нам в многообразии, они прячутся в книгах, ждут, когда их заметят и введут в новую порхающую устную жизнь. Самые мертвые, однако, — в орфоэпических...

«Чужие подъезды». Д. Рубина

На филфаке я бестолково влюбилась в Набокова и посчитала, что ему просто невероятно туго находиться на олимпе литературы, что он незаслуженно загнан в тупик пошлятины, что Ло великая и Машенька — два вечных солнца чего-то там. Мой Набоков имел удивительно прозорливую фамилию: «на боку», «на обочине». Чего он откатился, уж я не знаю. Сегодня об...